Чванов - Уголовного розыска воин (Начальник МУРа)

Отзывы о прочитанном
Ответить
Аватара пользователя
aequans

Особая благодарность
Шнапс-капеллан
Сообщения: 5009
Зарегистрирован: Август 2017
Награды: 1
Контактная информация:

Чванов - Уголовного розыска воин (Начальник МУРа)

#1

Сообщение aequans » 09 окт 2018, 07:22

Эта история не даёт мне покоя. Что скажете?
Текст: https://public.wikireading.ru/1604

На всякий случай воспроизведу:
[+]
Начальник МУРа

И. СКОРИН,

полковник милиции в отставке

В литературе и кинофильмах начальнику Московского уголовного розыска часто отводится третий план. Лишь когда рассказывается об оперативных совещаниях, он встает во весь рост, приближается к зрителю. На него направлены лучи прожекторов, а он произносит земные слова и вновь уходит в тень. Кто он, этот человек? Какими обладает личными качествами? Каким путем пришел к своему высокому посту?

И захотелось мне ответить на эти и подобные им вопросы в биографически точном рассказе об Алексее Алексеевиче Кошелеве — генерал-майоре милиции в отставке, бывшем начальнике МУРа. Мне легко писать о нем, потому что знаю Алексея Алексеевича давно, когда-то работал вместе с ним.

Листки автобиографии из личного дела Кошелева, которые мне удалось полистать, прочесть почти невозможно. Чернила настолько выцвели, что отдельные слова вообще не разобрать. К биографии приложены документы. Справка Череповецкого отдела народного образования говорит о том, что А. А. Кошелев с 1919 по 1922 год находился в детском доме. Справка обстоятельная, в ней целый рассказ о том, как вел себя воспитанник, как организовал первую комсомольскую ячейку в детском доме, который помещался в стенах бывшего череповецкого монастыря.

А вот эта справка, выданная интернатом в 1923 году, свидетельствует о том, что Кошелев успешно закончил школу второй ступени и ему за отличную учебу вручена путевка в вуз. На весь выпуск интерната таких путевок было всего две. Под справкой обнаруживаю уведомление, датированное тем же годом: Кошелев зачислен студентом на факультет общественных наук Петроградского государственного университета.

Продолжаю перелистывать бумаги. Ага, вот удостоверение, выданное череповецким губернским судом. Оно свидетельствует о том, что А. А. Кошелев в течение двух лет работал народным следователем, приобрел практические навыки, самостоятельно расследовал сложные преступления и руководил следствием и дознанием в 12 закрепленных за ним волостных отделениях милиции. Уволен в связи с призывом в Рабоче-Крестьянскую Красную Армию.

Демобилизовался Алексей Кошелев в 1929 году из Красной Армии, но в Череповец не вернулся. В том же году в Ленинграде его приняли в милицию агентом третьего разряда. С этой должности и начался его долгий, очень долгий путь работника уголовного розыска. Здесь же, в папке с личным делом Кошелева, хранится газетная статья «Трудный поиск». Начинается она так:

«Осенью 1931 года в Ленинграде четверо молодых людей, вооруженных револьверами, почти ежедневно врывались в булочные и, угрожая оружием, забирали выручку. Ленинградский уголовный розыск сбился с ног, отыскивая налетчиков, но они после очередного ограбления всякий раз исчезали, не оставляя следов. Дерзкая четверка казалась неуловимой, и руководство угрозыска вынуждено было прибегнуть к необычным мерам. Ко многим булочным стали ежедневно направлять сотрудников в надежде схватить преступников с поличным...»

Уходил в засаду к «своей булочной» и молодой сотрудник Алексей Кошелев. Двух помощников, переодетых в штатское милиционеров, он прятал в парадном жилого дома, а сам устраивался в подворотне, откуда хорошо просматривался хлебный магазин и можно было сразу заметить налетчиков.

Зайдя после очередного такого дежурства у «подшефной» булочной на площадь Урицкого в уголовный розыск, он застал своего непосредственного начальника Петра Прокофьевича Громова возле большой карты Ленинграда. Карта была испещрена вколотыми в нее булавками с черными флажками — отмечались места ограблений булочных. Их было много, этих флажков, и все они прижимались к Московско-Витебскому вокзалу. Громов, продолжая рассматривать карту, сказал Кошелеву, что члены первой бригады, ведущей поиски бандитов, считают, будто четверка появляется из пригорода, и спросил, какого, интересно, мнения об этом он, Кошелев.

Алексей хорошо знал своего начальника, чтобы высказывать необоснованные предположения, и вместо ответа попросил разрешения еще разок поговорить с некоторыми свидетелями, может, они припомнят какие-то новые детали...

На следующий день Кошелев побывал во многих местах, говорил с покупателями, продавцами, с людьми, которые оказались случайно на месте ограбления. Все они хорошо запомнили бандитского главаря и еще раз подтвердили приметы, которые уже были известны сотрудникам уголовного розыска. Главарь носил короткое демисезонное пальто цвета маренго с маленьким бархатным черным воротником, темные широченные брюки последней моды «Оксфорд» и коричневые остроносые туфли «джимми». Мичманку, бандит так надвигал на лоб, что маленький лаковый козырек прикрывал глаза. Рассказывали, что держался главарь вежливо. Подходил к кассе, открывал маленький спортивный чемоданчик и говорил: «Прошу». Это «прошу» повторял при трех налетах и только при четвертом добавил: «Прошу деньги». Три женщины, мимо которых проходил бандит, утверждали, что от него сильно пахло одеколоном.

Беседуя со свидетелями, Кошелев никак не мог забыть карту с черными флажками. Она все время стояла у него перед глазами. Его так и подмывало снова взглянуть на эти флажки, будто в них таилась разгадка преступлений.

Выйдя как-то из очередной булочной, где он разговаривал с кассиршей, Кошелев прошел переулком и очутился на трамвайной линии, взглянул на подошедший трамвай, на котором крупно было написано «Охта», и даже хлопнул себя по лбу. Ему сразу стало ясно, чем заинтриговала его карта в громовском кабинете: на Выборгской стороне, в районе Охты, не было ни одного флажка! Кошелев, не раздумывая, вскочил в вагон, устроился у окна и предался размышлениям. «Преступники живут там, где нет этих черных флажков. Неразумно грабить у себя дома; в любой булочной могут оказаться соседи, больше того, увидят на улице, в кино, да мало ли где можно встретить человека, с которым живешь рядом. Масками эта четверка не пользуется. Видно, уверены, что их не узнают...»

Алексей не заметил, как проехал Литейный мост и оказался на Выборгской стороне. Выйдя из трамвая, он направился к Финляндскому вокзалу, зашел в сквер, хотел присесть на скамейку, но она оказалась мокрой. «Интересно, почему этот тип в мичманке обращался ко всем «прошу»? Что это — рисовка? Или его привычная манера обращения? Кто он? Блатной? Вряд ли. У тех жаргон совсем иной. Да и не будут настоящие рецидивисты ежедневно рисковать, вытряхивая медяки из булочных. Там и выручка-то всего ничего — сотня-полторы. Позавчера они сорок рублей всего и взяли... И почему этот «мичман» пропах одеколоном? Стоп...»

Он машинально провел ладонью по щекам и, войдя в помещение вокзала, направился к парикмахерской. Очередь была небольшая, три человека. Он — четвертый. Работали два мастера. Через занавеску, отделявшую салон от вестибюля, Алексей увидел, как из кресла поднялся солидный мужчина и направился к гардеробщику. Следом за ним появился мастер, быстро оглядел посетителей и, обронив «прошу», скрылся в салоне. Закончил стричься клиент и у второго парикмахера. Из-за портьеры появился сухощавый невысокий старик в белом халате и, не обращаясь ни к кому конкретно, профессионально вежливо обронил: «Прошу вас».

Кошелева бросило в жар. Он едва удержался от желания немедленно выскочить из парикмахерской и сломя голову мчаться на площадь Урицкого. Но он все-таки дождался своей очереди. Старый мастер подстриг и побрил его, предложил освежить одеколоном. Алексей отказался:

— Не нужно. Я не переношу резких запахов.,

Мастер вздохнул и доверительно сообщил, что его жена тоже не выносит запаха одеколона, особенно «Тройного».

— Прихожу домой, — поделился он, — а от одежды, знаете ли, такой аромат идет... Будто целый день только тем и занимаюсь, что плаваю в одеколоне. Так я уж стараюсь скорее того... переодеться.

...Громов внимательно выслушал Кошелева и улыбнулся.

— Силен ты, Алексей. Выйдет из тебя стоящий сыщик. Я ведь тоже решил, что на Выборгской следует покопаться. Двоих ребят наших даже туда послал. Но до парикмахерской не додумался. Ну что ж, бери с утра машину и действуй. Проверяй в том районе все парикмахерские.

«Мичман» отыскался в седьмой парикмахерской. К концу работы к нему в парикмахерскую пришли два дружка. Когда они втроем вышли на улицу, их задержали. Действительно, от главаря сильно несло «Тройным» одеколоном. Найти четвертого грабителя и оружие не составило особого труда...

Так закончилась эта наделавшая в Ленинграде столько шума история. А вскоре Алексею Алексеевичу Кошелеву поручили возглавить Мурманский уголовный розыск. Потом был снова Ленинград, были Казахстан и Латвия.

Алексей Алексеевич Кошелев возглавлял латвийскую милицию до 1951 года. Был награжден орденами и медалями. Получил звание генерала. А в 1951 году его неожиданно вызвали в Москву и приказали возглавить Московский уголовный розыск. К тому времени за его плечами были четверть века борьбы с преступностью и огромный организаторский опыт.

Все эти вехи кошелевской биографии я узнал, перелистав личное дело генерала. Однако документы документами, а после просмотра мне захотелось встретиться с самим Алексеем Алексеевичем, кое о чем его расспросить, кое-что уточнить.

Кошелев встретил меня радушно, только предупредил:

— Ты смотри, пиши правильно. Не я один преступления раскрывал. И в одиночку бандитов я не хватал. Сам знаешь, так в уголовном розыске не работают. Конечно, кроме тех случаев, — засмеялся он, — когда встретишься с преступником один на один. Тут уж приходится самому действовать. Послушай, как у меня раз получилось.

Было это в Ленинграде. Из тира украли три спортивных пистолета, пять малокалиберных винтовок, несколько учебных трехлинеек и патроны. Мне и еще одному оперативному работнику поручили во что бы то ни стало найти оружие.

Стали мы искать. Ходили сначала вдвоем, а потом решили разделиться. Ему — одна улица, мне — другая. Рассуждали так: эдакий ворох оружия далеко не унесешь, а транспорта у грабителей нет. Значит, искать надо где-то здесь, рядом с тиром. Помню, на улице Красных Зорь — теперь это проспект Кирова — осмотрел я чердаки, ничего не нашел. Спустился в один из подвалов. Там, видно, когда-то склад был, и много пустых бочек осталось. Посветил по углам фонариком. Вижу — из-за одной бочки приклад торчит. Потянул — винтовка. Бочку отодвинул, а за ней все оружие и патроны. Мне бы из подвала скорее к телефону да ребят на помощь вызвать. Или своего товарища отыскать, он где-то рядом работал. А я подумал: «Пока буду ходить, воры придут и перепрячут оружие. И потом, что ни говори, все-таки я сам, один кражу раскрыл. Зачем я буду с кем-то делиться своей удачей?» Ну и решил устроить в подвале засаду. Нашел бочку побольше, забрался в нее и жду. Недолго просидел: часа два. Слышу — идут. Несколько человек. Прошли мимо моей бочки — и в угол. Приподнялся я из бочки и вижу: стоят трое. Тоже фонариком угол высвечивают. Я как гаркну: «Руки вверх!» Они так и присели. Подняли руки, не шевельнутся, а я еще не придумал, что мне дальше делать. Но тут же сообразил. Подаю команду: «Павлов — охранять выход, Иванов — держать троицу на прицеле, Кошелев — обыскать задержанных!»

Вылез из бочки, обыскал одного, потом другого, третьего. У каждого по пистолету отобрал. Обыскиваю, а сам радуюсь. Задержанные-то — пацаны. Со взрослыми едва ли я справился бы. Велел им забирать винтовки. Навешал по нескольку штук на каждого и повел. Иду сзади и думаю: «А ну как разбегутся...» Для острастки предупреждаю, что буду стрелять. А в моем паршивеньком браунинге и всего-то одна пуля! Ничего, решил, что на одну пулю их всех троих нанижу, как Мюнхгаузен уток нанизывал на нитку с приманкой. От этой мысли, помню, даже рассмеялся на всю улицу. Нервы... Представляю, как, наверное, услышав мой смех, пацаны перетрусили. Мало того, что револьвер у него, решили, так он еще и сумасшедший...

Сдал я парней в отделение милиции, а сам на площадь Урицкого, докладывать Громову: «Так, мол, и так, кражу раскрыл, оружие нашел». Он молчит, хмурится, потом приказывает написать подробный рапорт. Я написал. Он его взял — и к начальнику уголовного розыска. Вернулся и объявляет, что начальник хотел меня арестовать на десять суток за кустарщину в розыскной работе, да он, Громов, уговорил его ограничиться разбором моего поведения на комсомольском собрании.

Меня в то время как раз заместителем секретаря комитета комсомола выбрали. Молодежи у нас много работало. Комсомольская организация была большая. Всыпали мне на собрании — до сих пор помню. Взыскания не наложили, ограничились обсуждением, но зато все мои ошибки разобрали. С тех пор дал зарок: в одиночку не работать. В уголовном розыске больше, чем где бы то ни было, нужна взаимная поддержка. Без нее нельзя.

А теперь послушай, как примерно в те же годы пришлось мне сапожником заделаться.

Получили мы данные, что с одной ленинградской обувной фабрики кожу воруют. Стали работать и наткнулись на двух типов, которые искали оптовых покупателей на кожу. Начальство решило меня и старика Пантелеева, в прошлом железнодорожника, послать на разведку. Решили мы прикинуться сапожниками из пригорода. Оделись соответственно. Получили деньги «на расходы». Помнишь, тогда в ходу были большие такие купюры, а на них еще написано: «два червонца»? Так вот, выдали нам их три штуки. Сапожным варом, черным, липким, как следует себе руки поизмазали. И отправились к торгашам. Показали те нам разноцветные лоскутки кожи — образчики. Мы и говорим: подходит, мол, заберем весь товар. Тогда эти жулики велели нанять извозчика и отвезли нас на другую квартиру, к Нарвским воротам. Там они вытащили три огромные плетеные корзины с натуральной отличной кожей. Стали мы кожу смотреть, один из хозяев недовольно заметил: «Руки-то хоть помойте. Замажете кожу-то. Она ведь белая как-никак...» Сработала пантелеевская выдумка — это он придумал варом руки натереть! В общем, сторговались мы с ними. С нас потребовали магарыч. Я достал бумажник, вынул солидную пачку «денег» — я под те три купюры еще стопку бумаги подложил, чтобы она казалась внушительней, — протянул Пантелееву два червонца и наказал:

— Иди купи пару бутылок водки и закуску.

Тот сходил в магазин, а заодно и в управление позвонил. Сели «обмывать» покупки, а тут стук в дверь: «Уголовный розыск!»

Вызвали в управление директора фабрики, что на хищения нам жаловался, показали задержанных, он и обомлел. Один — кладовщик, а второй — шофер с его персональной машины. Они, как директор выезжал с территории фабрики, так по нескольку кож — под сиденье в машину. Начальство-то охрана не проверяла!

— Я знакомился с вашим личным делом, и если бы вас не знал, то представил бы Кошелева согласно документам голубовато-розовым, что ли...

— Ты хочешь спросить, были ли у меня промахи, ошибки. Об одном случае я тебе уже рассказывал, были и другие. А вот нарушений законности не было. Даже в малом.

После университета послали меня народным следователем. Приехал в деревню Еремино Череповецкого уезда. У лесничего снял комнату и только принялся знакомиться с делами, а тут — на тебе! Убийство! Возле дороги, что связывала две соседние деревни, нашли тело мужчины. Осмотрел я его, раны страшные, а крови нет. Ясное дело, где-то убили, а сюда принесли или привезли.

Побывал в одной деревне — никаких следов. Поехал в другую, выяснил, к кому захаживал покойный. Отыскал вскоре и убийц. Оказалось, действительно расправились с ним в доме, а труп ночью унесли подальше. Закончил я первичное расследование к вечеру и приехал домой, к леснику. Только умылся — пожаловал хозяин, пригласил на свою половину. В большой комнате был по-праздничному накрыт стол, вокруг него сидели гости: учитель, фельдшер и агроном. Лесник объяснил, дескать, праздник устроен в мою честь. В своем тосте агроном, пожилой, весьма уважаемый на селе человек, сказал: «А мы, Алексей Алексеевич, как только вы приехали, не в обиду будь сказано, сразу же и присматриваться к вам начали. Потому как не только нам, но и всем крестьянам интересно ведь знать, каков он, народный следователь. И будет ли защищать народ. Ждали первого вашего расследования и теперь вот решили поздравить с успехом».

Эти его слова на всю жизнь врезались в память. Понял я — все мои поступки у людей на виду. И свои действия с тех пор я всегда рассматриваю как бы со стороны, оцениваю с точки зрения окружающих. Может быть, поначалу это была просто осторожность, а потом вошло в привычку.

— А где, Алексей Алексеевич, труднее всего было работать?

— В Мурманске, — не задумываясь, ответил генерал. — Сам посуди, штат небольшой, техники никакой, округ — пять Швейцарий поместится, и преступность высокая. Не говорю уже об иностранных моряках. Они безобразничали не дай бог как. Сложно было и в Латвии. Ты-то в Ригу приехал на готовенькое, когда фашистов в Курляндский «котел» согнали, а мы шли вместе с войсками...

— Что-то вы все в историю ударяетесь, — заметила жена Кошелева Ольга Зиновьевна. — Рассказал бы ты, Алексей, о своем последнем деле. Ну, о девушке с цветами.

Алексей Алексеевич вышел из комнаты и вернулся с большим конвертом. Извлек из него фотографию девушки в национальном костюме. Миловидное личико, светлые косы опущены на грудь. Улыбаясь, она поправляет на голове венок из полевых цветов. Рассматривая содержимое конверта, Кошелев начал рассказывать.

— Было это почти полтора десятка лет назад, незадолго до моей отставки. Послали меня в Прибалтику помочь местным товарищам раскрыть одно убийство. Дали путевку в дом отдыха, номер телефона для связи.

Так я оказался в небольшом прибалтийском городе. Стоит он, ты себе представить не можешь, на берегу красивейшего озера. Узкие улицы, мощенные каменной брусчаткой, сбегают к набережной. Домики с причудливыми башенками и флюгерами, крытые черепицей, прячутся за оградами из камня и чугуна. Картинка, а не город. Устроился я в доме отдыха, представился преподавателем истории. Позавтракал. Переоделся и пошел бродить. Отыскал автомат, позвонил по номеру, что мне в Москве дали. Передал привет и спросил, как бы встретиться? Собеседник, в свою очередь, поинтересовался: люблю ли я ловить рыбу? Я сказал, что на досуге иногда развлекаюсь.

«Тогда так. В километре от купален, за городом, в озеро мысок вдается, там еще небольшая скала из воды торчит. Приходите к этому месту часам к пяти вечера... У вас удочек нет? Жаль. Но ничего, там и просто прогуливаются. Я подплыву на катере. Небольшой такой, белый, с синей стрелой по борту, а впрочем, запомните номер — двести четырнадцатый».

По правде сказать, позабавила меня вся эта детективная таинственность. Но город был прекрасен. Погода отличная. Сентябрь только начинался. И мне после московской сутолоки и муровской нервотрепки начинала нравиться эта командировка, хотя, конечно, я немного волновался: а вдруг не раскрою преступление?

На одной из улиц зашел в спортивный магазин, купил одноручный спиннинг, катушку, леску и блесну. Часа в четыре дня облачился в тренировочный костюм. В спортивную сумку вместе с блеснами и леской положил удостоверение личности и пистолет (не оставлять же его в комнате).

Возле торчавшей из воды скалы было пустынно. Я начал хлестать озеро своим спиннингом, да так увлекся, что и не заметил, как один из многочисленных катеров, поминутно шнырявших по озеру мимо меня, подошел почти вплотную к берегу. За рулем сидел поджарый загорелый мужчина в темных очках и белой рубашке. На борту катера я различил тот самый номер. Быстро раздевшись, я побрел по воде и забрался в катер. Для порядка показал свое удостоверение. Мой новый знакомый усадил меня рядом с собой у ветрового стекла, сообщил, что он прокурор города, перевел реверс на рабочий ход, и катерок, словно нахлестанная лошадь, рванулся вперед.

Минут через пятнадцать в крохотном заливе катер ткнулся носом в песок. Выбрались мы с прокурором из суденышка, я накинул носовую чалку на вбитый в берег довольно толстый сук и осмотрелся. В нескольких шагах от воды под развесистым дубом стоял сбитый из досок стол, возле него — две скамейки. Чуть в стороне обнесенное канавкой и валиком из песка — кострище, над ним — металлическая тренога.

Спутник пояснил:

«Это мое постоянное пристанище. Решил не обзаводиться дачей и в свободное время приезжаю сюда с женой и детьми. Здесь безлюдно, потому что лесом сюда из-за болота не доберешься. Тут у нас укромных уголков сколько угодно. Давайте, генерал, поставим удочки для отвода глаз и поговорим. Кстати, пока я буду возиться, полистайте, пожалуйста, дело, я его захватил с собой».

...Оно возникло три месяца назад и было заведено по факту убийства неизвестной женщины. Убийство было зверским. Преступник расчленил свою жертву на части и, заполнив ими- двадцатилитровые пластмассовые канистры, бросил в озеро, неподалеку от городской купальни. Каждая канистра до половины была надрезана, а затем перевязана шпагатом. Одну из них штормом выбросило на берег. Извлекли из нее жуткое содержимое. Аквалангисты осмотрели прибрежную полосу озера и нашли еще три канистры. Однако голова жертвы так и не была обнаружена.

Прокурор кончил возиться с удочками, сел рядом, стал пояснять:

«В конце мая у нас начинается летний сезон. Съезжаются отдыхающие со всей республики, едут соседи и заграничные туристы. В общем, народу собирается много. Пляжи с утра и до ночи усеяны купальщиками, а тут — такой случай. И поиски можно вести только в светлое время дня. Словом, не удалось скрыть ту беду, и пошли разговоры. Некоторым гостям было на руку нас компрометировать. Уголовное дело мы приняли к своему производству, а розыск поручили оперативным работникам. Но ни у них, ни у нас ничего не получилось. Нашим следователям не удалось даже выяснить, кто она, эта несчастная. По заключению судебно-медицинских экспертов, жертва была восемнадцати-девятнадцатилетней блондинкой с длинными волосами (на останках нашли несколько волосков длиной в тридцать и более сантиметров). Согласно экспертизе, покойная физическим трудом не занималась, но, судя по развитой мускулатуре, увлекалась спортом. Удивительно, что ее до сих пор никто не хватился!»

Я спросил прокурора, что за причины побудили окутать мой приезд такой таинственностью?

«Ребята, — ответил он мне, — в уголовном розыске молодые. Болезненно реагируют на появление начальства, теряются. Кроме того, разнесется весть по городу о московском генерале, а вдруг этот генерал тоже убийство не раскроет. Тогда как?..» — А в заключение сообщил, что хотел без свидетелей сам лично консультацию получить.

Полистал я дело. Ничего в нем не нашел, за что можно было бы зацепиться. Надо было бы узнать, кто она, эта девушка. А как? Думал, думал. Пока наконец в голове не сложился план действий. Попросил я прокурора отыскать в городе художника-профессионала, знающего анатомию, и поручить ему нарисовать фигуру покойной, со слов судебных медиков, в точном соответствии со всеми измерениями мускулатуры, произведенными экспертами. Рекомендовал также отыскать в санаториях физкультурных врачей, а в спортивных обществах — опытных тренеров. И организовать с ними встречу судебно-медицинских экспертов, с тем чтобы совместными усилиями определить, каким же видом спорта занималась девушка.

В трех канистрах были обнаружены следы бензина, четвертая оказалась новой. Значит, убийца или убийцы имели канистры еще до преступления и держали в них бензин. Для какой цели?

«В городе много собственных лодок, катеров и яхт. У каждого владельца, — объяснил прокурор, — естественно, есть и канистры. Но люди, имеющие лодку, свой страшный груз увезли бы подальше, тем более что на озере немало глубоких мест. Почему же канистры бросили с берега? Мы проверили лодочников, автомобилистов. Однако ни одного случая исчезновения канистр не выявили».

Трассологическая экспертиза определила, что преступник разрезал канистры толстым ножом. Острие этого ножа заточено под углом градусов в семьдесят пять — восемьдесят. Прокурор пояснил мне, что подобными ножами, тяжелыми и довольно длинными, пользуются местные жители для рубки кустарников.

На следующий день после нашей встречи с прокурором, позавтракав, я взял спиннинг и отправился на причал, где была стоянка личных лодок и катеров. По пути мне бросилось в глаза объявление, в котором сообщалось, что лица, имеющие удостоверение на право вождения моторных лодок и катеров, за соответствующую плату могут получить лодки с подвесными и стационарными моторами. Здесь же говорилось, что прокатная станция на длительные поездки горючим не обеспечивает. И вот ведь как бывает. Прочел я объявление, и сразу на душе как-то неспокойно стало. Решил сегодня же зайти на прокатную станцию.

На причале, на широкой скамье, облокотившись на ее спинку, сидел человек. Казалось, он только что сошел со старинной пиратской бригантины. Из-под козырька морской фуражки с «крабом», надвинутой на глаза, виднелись темная борода и трубка. Я подошел, достал сигарету. А надо сказать, что прихватил я из Москвы блок «Золотого руна». И теперь, едва затянулся и выдохнул дым, как мой сосед зашевелился и уставился на сигарету. Я молча протянул ему пачку, он тоже молча вытащил три сигареты, размял их, набил табаком трубку, раскурил и, смакуя табак, несколько раз затянулся. Потом откинулся на спинку скамейки и застыл в прежней позе. Я не хотел начинать разговор первым. «Пират» тоже некоторое время молчал, затем, не оборачиваясь ко мне, спросил:

«Один или с компанией? Хотите лодку или катер?»

Я помедлил с ответом, а потом в тон ему сквозь зубы процедил:

«Один. Лодку. На несколько дней».

«Возьмите «дельфина». Движок отличный и ест только полканистры в час. Оформите документы в кассе, а я вам дам посуду под бензин... Где заправочная станция, знаете? Нет? Пляж пройдете и за забором по тропинке вверх».

Я отдал сигареты «пирату». Он сразу оживился, снова набил трубку, сдвинул на затылок фуражку, улыбнулся и посмотрел на меня озорно и весело. Наверное, ему было лет двадцать, может, чуть больше.

«Пойдемте покажу вам лодку. Как оформите документы, я плесну вам немного горючего, и вы на ней пройдете пляж. Смело подходите к берегу, там глубоко. Зачалите лодку, а там и бензоколонка рядом. Зачем вам туда с пустыми канистрами по берегу тащиться».

Миновали мы с ним небольшой сарай, выходивший на причал. В открытую дверь я увидел много спасательных кругов, весла, прислоненные к стене, несколько подвесных моторов на специальных колесах и серую груду сваленных в угол канистр. Я остановился у сарайчика и мучительно вспоминал, был ли в деле рапорт о проверке прокатной станции? Не отсюда ли злополучные канистры? Но вспомнить не мог. На всякий случай спросил у «пирата», сколько платят за потерянный круг, сломанное весло или еще какую-либо принадлежность.

Он пожал плечами и уже не очень приветливо объяснил, что тариф указан в кассе и мне там все сообщат подробно... Я сказал, что пойду, пожалуй, к бензоколонке пешком.

Накануне прокурор показал мне место обнаружения частей тела. Оно оказалось там, где почти от самой воды поднималась в гору и исчезала за небольшим холмом протоптанная тропинка. Едва прошел я по ней несколько десятков шагов, как передо мной в ложбине открылось современное белое здание заправочной станции. Подойдя ближе, я увидел, что часть помещения бензоколонки занимает магазин. В нем продавались кое-какие детали к машинам, смазочные и моющие средства, в том числе и пресловутые канистры. Я походил вокруг станции, снова вернулся на пляж... От шоссе к станции вела асфальтовая дорога, на которой стояло несколько автомобилей.

Итак, лодку можно было взять напрокат в любое время..Когда угодно можно заправиться и бензином, так как колонка работала круглые сутки. И канистры можно было погрузить на глазах у людей, там все грузят бензин. Но почему же, имея лодку, преступники так ею и не воспользовались, бросили свой страшный груз прямо с берега?

Встретившись вечером с прокурором, мы перебрали десятки версий и единодушно пришли к выводу: погрузка могла не состояться только в одном случае — если испортился мотор, а весел у преступников не было. Прокурор пообещал организовать проверку «пиратского» хозяйства, выяснить все случаи, когда на станцию возвращались лодки с неисправными моторами, проверить, как там обстоит дело с учетом канистр, а заодно выяснить, кто пользовался прокатом в мае. Расставаясь, он передал мне номер еженедельного журнала и попросил ознакомиться с документами, которые туда для меня вложил.

Возвратившись в дом отдыха, я заперся у себя в комнате и открыл журнал. В нем лежала запись беседы судебно-медицинского эксперта с физкультурным врачом и тренером местного легкоатлетического клуба. Тренер полагал, что покойная занималась прыжками и бегом, а врач — что художественной гимнастикой. Несмотря на это разногласие, оба единодушно считали, что покойная была очень тренированной и спортом, видимо, занималась продолжительное время.

Между страницами журнала я нашел и два карандашных наброска женской фигуры. Судя по подписям, их выполнили два разных художника.

На первом листке художник вначале нарисовал очень мускулистую худощавую женщину с распущенными волосами. Видно, он строго соблюдал все экспертные измерения: там, где указывался примерный рост — 160—163 сантиметра, был обозначен и вес — 49—50 килограммов. Справа от основного рисунка женщина была изображена в профиль с собранными на затылке в пучок волосами. Чуть ниже разноцветными карандашами фигура была нарисована, как в анатомическом атласе, с рельефным выделением мышц. Причем особенно тщательно были прорисованы мышцы ног с сильными икрами и хорошо развитые мышцы брюшного пресса. В самом низу листа — женская фигурка перепрыгивала планку. Она же — в беге, с обручем в руках, с лентой...

На втором листке — женская фигурка в профиль и анфас. Оба художника все размеры, зафиксированные экспертом, взяли в одном масштабе, но на втором рисунке особенно четко оказались прорисованы ноги с сильными икрами, узкие плечи, непропорциональные ногам и бедрам. На рисунке, где фигура была изображена в профиль, четко просматривался крутой подъем ступни и тонкие щиколотки.

Я посмотрел на рисунок раз, другой... Мне все стало ясно. Для полной уверенности нужно было встретиться с судебно-медицинским экспертом. Пожилой солидный врач подтвердил мое предположение. Он сказал, что действительно ноги покойной были своеобразными. На ступнях, возле больших пальцев выступала углом косточка, которая обычно появляется у людей более солидного возраста при подагрической болезни или же при постоянных больших физических нагрузках. Кроме того, в тетради, где ведутся черновые записи при анатомировании, он отыскал заметки, опущенные при составлении протокола. Там говорилось, что концы пальцев ног у покойной имели характерные особенности: кожа на них была грубой, ороговевшей, какой бывает кожа на пятках у людей, которые много ходят без обуви.

Через несколько минут я уже был в прокуратуре и сообщил прокурору, что покойная была балериной и ее следует искать в артистическом кругу.

«У вас в городе есть балетная труппа?»

Оказалось, нет. Театр оперы и балета был только в столице республики. Мы тут же заказали разговор. К счастью, к телефону подошел сам балетмейстер. Прокурор говорил с ним долго и быстро записывал какие-то сведения. Закончив разговор, он закурил.

«Балетмейстер сказал, что в мае из кордебалета ушла танцовщица. Она в самом деле выше среднего роста, ей двадцать один год. Одинокая, блондинка, с длинными волосами. Артистка уехала к нам в город, обещала вернуться в октябре, к началу сезона. Но это еще не все. Оказывается, она собиралась руководить здесь балетным кружком в Доме культуры».

...Директор Дома культуры, полная пожилая женщина, оказалась на месте. На наш вопрос о балетном кружке она пожаловалась, что с балетом у нее ничего не выходит. Уволился руководитель, а нового никак не подберут. Обещал весной пригласить из столицы хоть на несколько месяцев знакомую балерину. Та хотела приехать, а потом отказалась. Видно, нашла более подходящее место, может быть, на гастроли отправилась. Бывший балетмейстер, объяснила женщина, бросил балет, так как долго болел, и устроился на хозяйственную работу.

Остальное все было просто. Уже к вечеру балетмейстер — старый холостяк — написал собственноручное признание. Он рассказал, что в эту девушку был влюблен. Уговорил ее приехать, встретил, привез к себе домой, предложил ей руку и сердце, но она ему отказала. И тогда в порыве гнева он ее убил. Нашли у него и нож для рубки кустов. Вот и эту карточку нашли. И чемодан с вещами девушки. Что касается лодки, то он действительно постоянно пользовался услугами прокатной станции и на всякий случай имел для бензина эти самые баки. В тот день, когда ему предстояло избавиться от страшного груза, он заранее вынес на берег канистры и спрятал в кустах, а затем пригнал лодку. У самого берега напоролся на камень и сломал мотор. Кстати, весел на лодке действительно не было. Он их второпях не взял. Все, кажется, стало на свои места. Но тут с прокатной станции явился работник уголовного розыска, проводивший там проверку, и доложил: «пират» рассказал ему о странном клиенте, который каждую неделю является на лодочную станцию с букетом роз и куда-то выезжает на лодке иногда на сутки, иногда на двое.

Люди приметили тот заливчик, и мы отправились туда. Заливчик напоминал прокурорскую «дачу» — такой же укромный. В нескольких шагах от берега там рос огромный дуб. Его нижние ветви были сплошь увешаны букетами роз. Часть их совершенно засохла, другие только привяли, а один букет, видно последний, еще сохранил свежие бутоны. В дубе оказалось дупло. В нем и нашли замурованную голову балерины. Вот, пожалуй, и все.

Два дня вместе с прокурором мы ловили рыбу на его «даче», а потом в доме отдыха я объявил о срочном вызове домой и улетел в Москву...

Генерал Кошелев руководил Московским уголовным розыском несколько лет. Потом его повысили, назначили первым заместителем начальника московской милиции. С этой должности он и ушел в отставку. Сейчас Алексей Алексеевич — заместитель председателя Совета ветеранов московской милиции. Продолжает участвовать в работе, учит молодежь, дает консультации. В общем, несмотря на возраст и болезни, он остается в строю.
Наверное, будет правильно не давать пока какого-либо контекста (эта история во многом сама себе контекст).
Глава из книги "Уголовного розыска воин", примерно 1978. Странно, точную датировку найти не удалось.

Аватара пользователя
jpg
Сообщения: 2883
Зарегистрирован: Апрель 2018
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#2

Сообщение jpg » 10 окт 2018, 06:41

aequans писал(а):
09 окт 2018, 07:22
Что скажете?
Что именно в этой истории тебе не даёт покоя?
я люблю их до смерти — как договаривались
но не желаю помнить

Аватара пользователя
aequans

Особая благодарность
Шнапс-капеллан
Сообщения: 5009
Зарегистрирован: Август 2017
Награды: 1
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#3

Сообщение aequans » 10 окт 2018, 07:06

pinky писал(а):
10 окт 2018, 06:41
Что именно в этой истории тебе не даёт покоя?
Если ты задаёшь этот вопрос, значит, с твоей тз там всё норм?
Я намеренно не стал говорить, что именно. Чтобы проверить - обратят ли внимание другие на то же самое. Без этого неясно, обоснованны ли мои подозрения.

Аватара пользователя
jpg
Сообщения: 2883
Зарегистрирован: Апрель 2018
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#4

Сообщение jpg » 10 окт 2018, 07:24

Там во всем тексте хватает странностей. Начиная со стилистики, заканчивая сюжетом и формулировками.
В эпизоде, о котором говоришь ты, странным мне показалось лишь то, что судмедэксперт не сделал очевидных выводов, обладая всей полнотой информации - мускулатура + деформация ступни, настолько характерная для профессии.
Впрочем, там все хороши. И все как сговорились - перечислить все, кроме очевидного.

Но что именно ты имел в виду, я хз. А угадайку я не люблю.
я люблю их до смерти — как договаривались
но не желаю помнить

Аватара пользователя
aequans

Особая благодарность
Шнапс-капеллан
Сообщения: 5009
Зарегистрирован: Август 2017
Награды: 1
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#5

Сообщение aequans » 10 окт 2018, 07:33

pinky писал(а):
10 окт 2018, 07:24
Там во всем тексте хватает странностей.
Мне более всего не даёт покоя следующее:
1. Возможна ли показанная в тексте художественная реконструкция?
2. Парень, который клал цветы к голове.
2.1. Кто он? Девушка в городе приезжая, у неё никого там нет.
2.2. Почему в милицию не сообщил?
3. Фотография девушки. Которую достаёт ГГ перед рассказом. Он... специально раздобыл её после дела?

Аватара пользователя
jpg
Сообщения: 2883
Зарегистрирован: Апрель 2018
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#6

Сообщение jpg » 10 окт 2018, 08:01

aequans писал(а):
10 окт 2018, 07:33
1. Возможна ли показанная в тексте художественная реконструкция?
Почему нет? Художнику дали параметры - рост, вес. Описали фигуру и её характерные особенности. Врач и художник знакомы с анатомией очень хорошо, поэтому им относительно этих моментов объясниться друг с другом совсем не сложно. Ну а тот факт, что художник может нарисовать по описанию, так он довольно известен.
aequans писал(а):
10 окт 2018, 07:33
2. Парень, который клал цветы к голове.
2.1. Кто он? Девушка в городе приезжая, у неё никого там нет.
Я так поняла, что о самом балетмейстере речь. Ну то есть он сознался, что убил. А про голову не сказал. Зато "пират" сдал его с потрохами. Ничто в тексте этой версии не противоречит. Я сочла, что просто изложено криво, вот и возникает ощущение ещё одного персонажа. Вернулась, перечитала, не увидела свидетельств его существования.
aequans писал(а):
10 окт 2018, 07:33
3. Фотография девушки. Которую достаёт ГГ перед рассказом. Он... специально раздобыл её после дела?
aequans писал(а):
09 окт 2018, 07:22
Нашли у него и нож для рубки кустов. Вот и эту карточку нашли. И чемодан с вещами девушки.
Стыбзил, да. Ну может копию снял. Зацепило, на память хотел оставить.
я люблю их до смерти — как договаривались
но не желаю помнить

Аватара пользователя
jpg
Сообщения: 2883
Зарегистрирован: Апрель 2018
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#7

Сообщение jpg » 10 окт 2018, 08:08

Ап. Твои версии? Мне любопытно))
Там правда дыра. Но я ее списала на авторский косяк. Однако, зная тебя... даваааай! Делись!)
я люблю их до смерти — как договаривались
но не желаю помнить

Аватара пользователя
aequans

Особая благодарность
Шнапс-капеллан
Сообщения: 5009
Зарегистрирован: Август 2017
Награды: 1
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#8

Сообщение aequans » 10 окт 2018, 12:32

Я не увидел тождества балетмейстера и чувака с розами.
Обоснование: он пытался замести следы. А куча роз - фактор, привлекающий внимание.

Верю в принципиальную возможность описанной реконструкции.
Но есть два фактора:
1. Канистры некоторое время пробыли в воде. Сколько - не сказано.
2. Рисовали по измерениям судмедиков, натуры уже не было - три месяца прошло.

Аватара пользователя
aequans

Особая благодарность
Шнапс-капеллан
Сообщения: 5009
Зарегистрирован: Август 2017
Награды: 1
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#9

Сообщение aequans » 10 окт 2018, 12:44

Способ сокрытия следов выбран странный - если есть "укромный заливчик" - там и прикопал бы. Но он бросил цистерны там, где купаются туристы!

Действия чувака - голова, дупло, цветы. Это похоже на ритуал, а не на выражение эмоций. Ищу аналогии.

Аватара пользователя
jpg
Сообщения: 2883
Зарегистрирован: Апрель 2018
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#10

Сообщение jpg » 10 окт 2018, 13:05

aequans писал(а):
10 окт 2018, 12:32
Я не увидел тождества балетмейстера и чувака с розами.
Обоснование: он пытался замести следы. А куча роз - фактор, привлекающий внимание.
1. В таком случае, как объяснить, что рассказчик упоминает факт, якобы переворачивающий ход следствия, и тут же "вот, пожалуй, и всё"?
2. Там любовь была. Чувства. Не холодный расчёт. Поэтому так всё и глупо - труп толком скрыть не мог, а на место захоронения головы цветочки носил.
aequans писал(а):
10 окт 2018, 12:32
1. Канистры некоторое время пробыли в воде. Сколько - не сказано.
2. Рисовали по измерениям судмедиков, натуры уже не было - три месяца прошло.
1. Это не помешало бы восстановить комплекцию. Тем более, труп пробыл в воде не более 3 недель. В мае она ушла из кордебалета, а в конце мая обнаружили труп. Даже если предположить, что про конец мая прокурор сказал не как про время обнаружения, то всё равно - убита в мае, а труп обнаружен до конца сезона, когда пляжи заполнены. Ну то есть в жировоск она полностью превратиться не успела. Да и если мы ставим под сомнения выводы судебной экспертизы, то кому вообще в этом рассказе верить можно?)
2. Как бы да. А художники-криминалисты так и работают, например. И я тебе даже больше скажу - просто художники очень часто рисуют безо всякой натуры. А он профессиональный художник. Он нарисовал овер дофига людей. Он о типах фигур знает больше, чем диетолог, а об анатомии - не меньше, чем врач. И по описанию типа "развитая хуичная мышца, неразвитая фигичная" да имея на руках пропорции, вполне может набросать фигуру.
Другое дело, Дим, что художник здесь не нужен был. Он исключительно декоративный элемент. Все данные для установления рода деятельности жертвы у них были. То такое... генеральский каприз.
я люблю их до смерти — как договаривались
но не желаю помнить

Аватара пользователя
aequans

Особая благодарность
Шнапс-капеллан
Сообщения: 5009
Зарегистрирован: Август 2017
Награды: 1
Контактная информация:

Re: Читальный клуб

#11

Сообщение aequans » 15 окт 2018, 06:42

pinky писал(а):
10 окт 2018, 13:05
1. В таком случае, как объяснить, что рассказчик упоминает факт, якобы переворачивающий ход следствия, и тут же "вот, пожалуй, и всё"?
2. Там любовь была. Чувства. Не холодный расчёт. Поэтому так всё и глупо - труп толком скрыть не мог, а на место захоронения головы цветочки носил.
Перечитал. Да, ты права. Там это не разъяснено прямо, но явно имеется в виду.
Т.е. расчленить тело, выбросить его, а голове поклоняться - нормальная психологическая реакция. Вот что мне покоя не даёт.
pinky писал(а):
10 окт 2018, 13:05
Тем более, труп пробыл в воде не более 3 недель.
Разбух бы ведь.
pinky писал(а):
10 окт 2018, 13:05
просто художники очень часто рисуют безо всякой натуры.
Я не сомневаюсь в способности людей рисовать без натуры.
Я сомневаюсь, что в данном случае без натуры было с чего рисовать.
Хотя хз.
pinky писал(а):
10 окт 2018, 13:05
художник здесь не нужен был. Он исключительно декоративный элемент.
Кстати да. Тоже так подумал. Цифр хватило бы.

Ответить